Синичкин день: записки орнитолога

Василий Анфимович КОЛБИН – ведущий сотрудник природного заповедника «Вишерский», кандидат биологических наук, орнитолог, рассказывает о зимних наблюдениях за пернатыми на заповедной территории и в районе.

- Снова пришла очередная зима. Снова ясные морозные дни сменяются тёплыми метелями. Снова на тротуарах перед пешеходами порхают, выпрашивая что-то съестное, синицы. В этом году в календаре появился новый день, посвящённый птицам: «синичкин день» – 12 ноября. Так делается попытка задуматься о тех птицах, которые остаются с нами зимовать, ведут оседлую или кочующую жизнь, и в наибольшей степени зависят от состояния нашей природы. Таких птиц немало, в окрестностях г. Красновишерска в благоприятные годы может быть встречено около 60 видов. Поговорим о некоторых из них.

Когда мы говорим «синицы», то чаще всего подразумеваем больших синиц, которые зимой постоянно лезут на глаза, первыми находят кормушки, стучат в оконные рамы, и нередко в поисках съестного залетают в квартиры. Этих синиц за стрекотание, которое они нередко издают, еще называют кузнечиками.

С наступлением холодов большие синицы переселяются в города и посёлки из окрестных лесов и парков. В это время они очень радуют глаз своим красочным нарядом. У них чёрная голова с белыми щеками, зеленоватая спина и жёлтый низ тела, разделенный на две половинки чёрной продольной полосой. У самца эта полоса шире.

В моём детстве, когда в России существовала культура содержания диких птиц, желание завести дома какого-то пернатого резко усиливалось осенью, и первым, кто попадал в мои неопытные руки, были именно большие синицы, ведь поймать этих любопытных созданий можно обычным ящиком с нехитрой приманкой. Синицы неистово рвались на волю, больно щипали пальцы, но при этом охотно ели все, что им предлагалось, и беспрестанно проверяли клетку на прочность. Через день, максимум через два, желание жить в одной комнате со столь темпераментным постояльцем пропадало, и я выпускал синицу на волю, – наблюдать за ними на кормушках интереснее, и нетрудно научить брать корм с ладони.

Других синиц – постоянных обитателей лесов – большинство людей не знает, хотя именно эти пернатые являются важным звеном поддержания баланса в природе.Рассмотрим их.

Московка – обычная жительница нашей тайги, которая не заглядывает в людские поселения. Для меня загадка, почему эта синица – любительница хвойного леса – получила такое название, вероятно, оно связано не с Москвой, а с маской, но пишется через «о». У немцев она называется Tannenmeise – пихтовая синица, – и с этим трудно поспорить.

Московка – самая маленькая из наших синиц. Я, пожалуй, не соглашусь с оценкой патриарха русской орнитологии – профессора М. А. Мензбира, когда он, описывая внешность московки, говорит: «по характеру окраски головы и верхней стороны тела походит на большую синицу, но в общем гораздо более невзрачная птица». Действительно, нет у неё зеленоватых и желтых тонов в оперении, но это совершенно чудесное существо в целом. Она единственная из синиц, которую раньше с удовольствием содержали дома маститые любители птиц. Её любят за доверчивый характер, приятный голосок, и миловидность. Московка – настоящая птичка-игрушка.

Московки очень редко появляются на кормушках, даже если они сделаны в лесу, и почти никогда не залетают в населённые пункты. Но в наших елово-пихтовых лесах они совершенно обычны.

Пухляк – самая обычная таёжная синица, ещё её называют буроголовой гаичкой.Эти синицы получили свое название за низкую, иногда даже хрипловатую позывку, которую весьма приблизительно можно передать как «гае», более удачно этот характерный звук нашей тайги описывается как «джее-джее» или «кее-кее».

Помимо этих звуков гаички довольно разнообразно, как все синицы пищат, поэтому в тех случаях, когда птицы не издают свои характерные «басовитые» позывки, узнать их по голосу становится нелегко.

Пухляки – чисто лесные синицы и в населенные пункты залетают редко. Но если зимой устроить на лесной опушке кормушку, то гаички появятся там первыми, и приучить их брать корм из рук можно без особого труда. К сожалению, в последние десятилетия численность этой нашей самой массовой лесной синицы заметно сократилась по всей России. Вероятно, это связано с уничтожением и деградацией лесов.

Если пухляков можно иногда увидеть в парке Красновишерска, то другую гаичкусероголовую можно встретить только в горных лесах района, где они обитают круглый год.

Все гаички, также как и другие таёжные синицы, питаются разнообразными беспозвоночными вплоть до самых мелких тлей. При этом они постоянно делают запасы на чёрный день, устраивая кладовки по всему лесу. Зимой эти тайники помогают им выжить. Помимо животной пищи они охотно едят семена хвойных деревьев.

Разговор о наших четырех синицах можно закруглить поползнем, который не имеет отношения к синицам (у поползней персональное семейство), но часто встречается вместе с синичьими стайками.

Поползень настолько поражал людей своей способностью разгуливать по стволам деревьев в каком угодно направлении, что про него появилось множество небылиц, – в каком–то художественном произведении рассказывалось, что у поползня на лапах есть присоски, благодаря которым он может ходить не только по деревьям, но и по стеклу. Когда мне в школьном возрасте поползень попал в руки, никаких присосок у него на лапах не обнаружилось.

Поползень довольно интересно окрашен – у него голубовато-серая спина, через глаз проходит чёрная полоса, низ тела белый, бока рыжие.

У поползней крепкий острый клюв и вздорный характер. В природе поползни нередко обследуют деревья в компании синиц, если же попробовать воссоздать такую компанию в клетке, то ничего не получится, поползень будет бить других птиц, и это для них может плохо закончиться. Поползень – самый большой «нахал» среди птиц. Когда в детстве мне впервые попался этот древолаз, то мучных червей с руки он взял через минуту после помещения в клетку, а когда я его выпустил обратно в лес, вместо благодарности он так бурно возмущался, что казалось, будто мальчишка-сорванец сидит на дереве, и употребляет весь свой запас плохих слов, наслаждаясь безнаказанностью.

Будучи уже сотрудником Комсомольского заповедника я однажды продержал поползня дома всю зиму. Если я уезжал в тайгу на несколько недель, то выпускал его в комнату и оставлял миску с водой и миску с едой. Когда я возвращался – весь корм был тщательно перепрятан по щелям, тапкам и другим пригодным, с точки зрения поползня, для хранения съестного местам. Больше всего он поражал меня по утрам – когда я включал свет в комнате, он испепелял меня взглядом – сердитее поползня вряд ли может еще кто-то смотреть, а потом забирался под полено, которое было у него в качестве тренажера для лазания, и досматривал там свои сны. Так не поступает никакая другая птица – все при включении освещения разминаются и летят завтракать.

Поползни в Красновишерске вполне обычны. Часто вижу их в районе парка и возле него. На кормушке поползень неутомим: он не успокоится, пока не перепрячет всё

Ещё одна наша птица называется синицей, но с прилагательным «длиннохвостая», в научной литературе для неё закрепилось название ополовник. На самом деле к синицам эти своеобразные птички не относятся и образуют собственное семейство. Когда видишь их, то кажется, что крохотные белые медвежата где-то раздобыли длинные-предлинные хвосты, научились летать и теперь живут в наших лесах как ни в чём не бывало. Голова и низ тела взрослых длиннохвостых синиц белые, при этом у них чёрный коротенький клюв и такие же тёмные глаза – ну чем не белый медвежонок. Верхняя часть спины чёрная, на крыльях органично перемешиваются розовый, чёрный и белые цвета. Самец и самка выглядят одинаково. Название ополовник, видимо подразумевает сходство силуэта птицы с ложкой.

Ополовники так милы, что каждый любитель птиц испытывал искушение подержать их дома. Но это настолько стайные птицы, что при содержании в клетке поодиночке или даже парой быстро гибнут можно сказать, от тоски. Привязанность этих пичуг к соплеменникам столь велика, что по ночам они тесно прижимаются друг к другу и 10 – 12 птиц образуют на ветке своеобразную мохнатую гусеницу из торчащих в разные стороны хвостов. Если кому-то не хватает места, он может устроиться вниз головой, как летучая мышь, лишь бы быть поближе к членам стайки. Такую привязанность друг к другу я встречал еще только у белоглазок, живущих в Приамурье.

Голос этих синиц – «черр-черр» и тонкий писк. Песни как таковой нет.

На Вишерском Урале эти птицы обитают в лиственных и смешанных лесах, зимой нередко залетая в города и поселки. В Красновишерске я их видел зимой неоднократно. Зимой стайки, сформированные из родителей с бывшими птенцами, кочуют вместе по лесу до начала гнездового периода, когда они разбиваются на пары. На кормушки они не прилетают.

Итак, поговорили о 6 видах, которые в первую очередь приходят на ум в связи с «синичкиным днём». За кадром остались вьюрковые (снегири клесты и прочие), врановые, корольки, дрозды, овсянки, воробьи, совы, дятлы, тетеревиные птицы и другие. Так что не одиноки мы в зимнем лесу и в зимнем посёлке.