Осенний пролет птиц глазами заповедного орнитолога В.А. Колбина

Впервые удалось прожить целый месяц осени на Лыпье. Осень – это своего рода зеркало весны, где всё происходит наоборот. В начале осени по лесам и опушкам летают птицы, которые появляются у нас только поздней весной, а в конце осени прилетают из Арктики северяне, которые раньше в наших краях бродили только среди весеннего снега. Документирование хода осеннего пролёта было одной из задач осенней экспедиции.

Весенний пролёт птиц изучать проще. Пернатые щеголяют в ярком брачном наряде, много поют, заявляя о себе. Осенью одежды птиц тусклы, настроения на песни нет. Изредка какая-то зарянка или синехвостка пропоёт что-то себе под нос, если выглянет солнце, и всё, снова царство тишины. Лишь шелестят падающие листья, шумит ветер в кронах, да изредка тягостно провопит желна или «прокурлычет» ворон. Осенний лес часто оживляют ватаги клестов, но нынешний год неурожайный на еловые шишки, и поэтому клестов нет.

                                       

Заповедный хутор Лыпья привлекает пролётных птиц. Здесь, на открытом месте, они находят различные семена, а в начальный период осени – изобилие беспозвоночных.

В середине сентября в лесу поражало обилие синехвосток, которым предстоял непростой перелёт в южную и юго-восточную Азию. Вместе с ними отмечались обычные в нашей парме зарянки. Эти насекомоядные птицы держались в окрестностях устья р. Лыпьи до 22 сентября. В это же время шёл пролёт овсянок-ремезов, которые также через всю Сибирь мигрируют на юго-восток Азии. В конце сентября и они исчезли, но оставались пролётные камышовые овсянки, которые дождались «белых мух» и даже в начале октября продолжали кормиться по Лыпьинским бурьянам.

Рано исчезли кулики. Появившись на стационаре 10 сентября, я уже не застал ни улитов, ни перевозчиков, даже пролётные северные кулики уже миновали наши края. Только в лесу вспугивались рыжеватые вальдшнепы или редко-редко из под ног поднимался бекас. Не было и выраженного пролёта водоплавающих птиц. На кордоне держались единичные крохали и гоголи, в конце сентября пролетело несколько стай гусей. В это же время на кордоне появились молодые сизые луни. Птицы летали под осенней моросью и снегом, вспугивая пролётных овсянок и зябликов.

К концу сентября я ждал прилёта рогатых жаворонков, или рюмов.

                                     

Но лили дожди, шёл мокрый снег, перепархивали по кустам совсем уже «зимние» чечётки и снегири, а рюмов всё не было. Лишь когда я под занавес экспедиции отправился вниз по Вишере на резиновой лодке, мне встретилась первая стайка этих занятных птиц с желтоватыми масками и рожками из перьев. На территории урочища «71 квартал» рюмов было много, и даже дождь и снег не смогли мне помешать снимать их, поскольку северяне перепархивали прямо перед крыльцом большого дома, где можно было с комфортом расположиться с фотоаппаратом. Здесь же появился хищник с севера – зимняк. Когда мы ехали к Красновишерску на машине, то десятки и сотни рогатых жаворонков встретились на дороге между «71 кварталом» и посёлками Вёлс и Вая.

Завершают осенний пролёт пуночки – самые северные овсянки, но их время только наступает.